По наркотическим статьям сажают легче легкого, потому и сидит максимальное число невинных людей
«Новая газета», № 04 от 18 января 2012 / Ольга Романова http://www.novayagazeta.ru/columns/50501.html
Вот уже несколько месяцев у нас в «Руси Сидящей» аншлаг: валом валит статья 228 УК. Наркотики. Объяснять, наверное, никому ничего не надо: все знают, что посадить по 228-й легче легкого. И все знают, что настоящие наркобароны в тюрьме не сидят, а работают рука об руку с силовиками — какой дурак будет резать курицу, несущую золотые яйца? Однако если сложить два и два, то получается, что именно по «наркотическим» статьям сидит максимальное число невинных людей.
…Юру я встретила на подходе к месту, где каждую среду собирается «Русь Сидящая». Высокий худой мужчина стоял на улице и плакал. Входить поначалу отказывался, норовил рассказать свою историю на улице. Но с нашими девочками это не пройдет: напоили чаем, с расспросами не лезли, и Юра оттаял. Юра работает доктором в специализированном детском доме, его жена очень тяжело болеет. Их единственный сын, студент первого курса мединститута, родился с почечной недостаточностью и нуждается в постоянном приеме лекарств. Его задержали в магазине — якобы пытался украсть майку, а при личном досмотре опера нашли то, что искали. Отсидев год в тюрьме (без лекарств), он получил срок — небольшой по нынешним меркам, ниже низшего, так что, будем надеяться, скоро выйдет по УДО, если выживет. Мы ходили к нему на суд и видели удивительного парня — явно очень одаренного, спокойного, он сказал потрясающее последнее слово, стилизованное под французских энциклопедистов. Впрочем, в Останкинском суде это было избыточным, как бисер перед парнокопытными.
Потом к нам пришли Вера Черемисова и Серега Тарасов, колоритнейший парень в косухе. Серега — единственный встреченный нами друг. В том смысле, что за сидельца борется не жена (самый частый случай), не отец (тоже часто), не мать (почему-то сильно реже), а друг. Рома Черемисов, сын Веры и друг Сереги, сидит в Бутырке. Мне кажется, что я знаю его с детства: мать приносит фото, Серега — письма. Роме дали 9 лет по ст. 228. У них в среду кассация, думаю, что там они ничего не добьются, ибо это Мосгор, но вот на Верховный есть надежды. Серега и Вера провели большое самостоятельное расследование, собрали много документов, их хвалят юристы, которые бесплатно с нами работают, и даже адвокат Эдуард Капчикаев, который собаку съел на 228-й УК. Рому Черемисова посадили за бизнес, это теперь такая новая мода у ментяр: раньше собственников бизнеса по заказу конкурентов или по рейдерскому захвату паковали в основном по ст. 159, ч. 4 («Мошенничество в особо крупном размере», самая резиновая статья), а теперь с экономикой особо не парятся, легче ганджубаса на карман тусануть, пардон за мой французский.
Лена Кузнецова — моя ровесница. Ее 18-летний сын получил по ст. 228-й шесть лет строгого режима. Вот передо мной лежит дело: там нарушение на нарушении и нарушением погоняет — даже прокурор просил переквалифицировать действия, снизить срок и указал, что «обвинительный приговор не может быть основан на предположениях». Сын Лены продавал по объявлению скутер (мопед): вышел из подъезда, тут же, под козырьком, получил с покупателя деньги, зашел обратно, а в подъезде его уже ждали оперативнички. Взяли под белы ручки, а на следующий (!) день при досмотре нашли 18 свертков с наркотическим средством. При понятых нашли. И ровно те же понятые засвидетельствовали изъятие наркотиков у Виталия Аптикеева (24 года, дали 9,5 года строгого) и Максима Байковского (22 года, дали 9 лет строгого). Дело было в Химках, штатных понятых звали Хазов, Фриде и Дыло. Они при этом сами были подозреваемыми, а потом и обвиняемыми по делам, находящимся в производстве тех же подразделений ФСКН, и их в итоге тоже посадили. То есть зависимые от ФСКН люди за свободу или снижение срока «работали со следствием», но их все равно кинули. А куда смотрел Химкинский суд? Да туда же, куда смотрят и прочие суды. В зарплатную ведомость — в лучшем случае. Кстати, я уверена: родители посаженных ребят найдут в Химках еще не один такой случай и раскрутят эту историю. И, хочется верить, рано или поздно накажут и судей, и оперов.
Специально для них напомню: хранение наркотических средств (или их сбыт) относится к разряду умышленных преступлений. Сам по себе факт изъятия наркотиков из одежды, транспортного средства, жилища или иного помещения не может считаться достаточным основанием для обвинения человека в незаконном обороте наркотиков, поскольку не доказывает обязательной субъективной стороны преступления (элемента воли). Протокол, в котором фиксируется их изъятие, не позволяет выявить ни обстоятельства, при которых наркотики попали в определенное место, ни умысла подозреваемого. Он доказывает лишь то, что на момент проведения оперативных (или следственных) мероприятий запрещенное для оборота вещество находилось в определенном месте. Суды же не проверяют версий о непричастности обвиняемых к незаконному обороту наркотиков, не проверяют и наличие умысла. И любой человек, которому подброшены наркотики, сразу становится обвиняемым по уголовному делу. Это называется объективным вменением, которое законом прямо запрещено (ст. 5 УК РФ). Такие дела.
